Погода

Случайное фото

Image_140.jpg

Дочери Эрлика

Внимание, откроется в новом окне. Печать

Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 

 
Однажды старик-кумандинец захворал головной болью. Чтобы избавиться от этой боли он перевязал ее ленточкой.  Когда его спросили — Зачем он так сделал? Он объяснил так.

— Головную боль на него насылают дочери Эрлика.

Когда-то жили старик со старухой. У них было девять дочерей. Все дочери были непокорные, разгульные и редкую ночь ночевали дома. 

Измучились старики поведением своих дочерей и решили проклясть их, если они не изменят свою жизнь на лучшую.

Дочери все, как одна, отказались слушаться  и повиноваться старику и старухе. Тогда старик и старуха прокляли их, сказав:  

«Будьте вы с этого времени дочерями Эрлика».

Так и случилось. С тех пор и насылают они головную боль на людей. Эта болезнь у русских называется «лихоманкой», а  у кумандинцев «Эрлик кызынын jоболы». А меня они  мучают головною болью за то, что я перестал  играть на гармошке и веселить  их, продолжал свой рассказ старик.  

— Я бы играл, но нынче гармошки стали большие, играть на них я не могу.

Вот я наговорил на эту ленточку и обвязал голову. Я прошу дочерей Эрлика, чтобы они не мучали меня болезнью. Я уже не могу играть на больших гармошках. А ленточка с наговором часто мне помогает.

(с. Александровы, записано от учителя-кумандинца 3.С. Кайгородова, 1920 год, август.)

 

Лишь Алтай волшебным пеньем
Заколдован замолчит,
Лишь легкий ветер над скалою,
Уснувшей травкой шевельнет,
Тогда во мгле ночной 
Из-под земли сырой 
Выходят девицы толпой. 
Те девицы не простые 
Эрлика дочери младые.

Они выходят лишь тогда,
Когда в горах нет человека.
Ночь темна. Они выходят.
Путь им звезды освещают.
Они и костлявые, и вертлявые,
И туда, и сюда, 
и налево, и направо
Во все стороны.


Волосы черные, как земля,
Семь раз вокруг девиц обвилися,
Идут, слегка танцуют,
Легонько подпевают,
Изгибаясь, как змеи.


То завьются, словно вихри,
То засмеются, то захохочут,
Раздаваясь, как эхо в горах.
То на высокий камень сядут 
И там плачут.

Их места любимые—
Скалы высокие,
Ущелья темные.
И леса дремучие.

Всё смеются и хохочут
И, изредка, лишь плачут.
Их Эрлик самый, самый
Их близкий и родной. 
Их гнушается и не верит
«Ит-татап».

То они быстро, быстро,
Будто стрелы, увидя
Утреннюю зарю — летят
К своим ходам незримым
И скрываются в земле.

20-е годы

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить